Новости сайта Архив новостей
Январь 2017 (1)
Сентябрь 2016 (1)
Июль 2016 (1)
Июль 2015 (1)
Июнь 2015 (1)
Май 2015 (1)

Ольга Кормухина: Нас продвигают сами зрители, наперекор всему!

Ольга Кормухина: Нас продвигают сами зрители, наперекор всему! Ольга Кормухина рассказала, зачем после многолетнего молчания она выпустила новый альбом «Падаю в небо» и что дали певице с таким фантастическим вокалом временный уход из шоу-бизнеса и обращение к православию.

Вряд ли у кого из современных рок-певиц есть такая богатая биография, как у Кормухиной. Уроженка Нижнего Новгорода (тогда он назывался Горький) получила отменное образование в Гнесинке, пела с лучшими джазменами страны, но ушла в рок-музыку. После фестиваля «Юрмала 86» получила от журналистов титул «Русская Тина Тернер». Пела в «Рок-ателье» и даже в театре Аллы Пугачевой, начала успешную сольную карьеру.

А когда Кормухина стала одной из лучших рок-вокалисток страны, получила «Овацию» как лучшая певица России, решила... уйти из шоу-бизнеса. Вышла замуж за Алексея Белова («Парк Горького»). Затвор и общение с православными старцами продолжались десятилетие. С 1999 по 2009 год Кормухина не давала концертов. И вот вернулась. С новым альбомом «Падаю в небо».

- C чего начиналась ваша карьера в Горьком? Ваш удивительный голос оценили сразу?

- Вся моя карьера с самого начала строилась не «потому что», а «вопреки». Сначала вопреки маме, потом вопреки мне, потом вопреки обстоятельствам, недоброжелателям и всевозможным препятствиям. Певицей я не собиралась быть. Меня выпихнули на сцену, как я ни упиралась. Знаете, кто? Обкомовские комсомольцы! Они были такие меломаны… Дали мне пластинку Mahalia Jackson и сказали, что если я ее спою один-в-один, то все у меня будет хорошо. Интересно, что я пела тогда ее песню I believe («Я верю»), а начала я свою сольную карьеру с песни клавишника «Машины Времени» Пети Подгородецкого «Я верю». Такие совпадения.

Началось все с того, что я получила Гран-при всесоюзного джаз-рок фестиваля. Я была толстая! Одела на себя черный мешок, чтобы не было видно моих форм. Убеждать пришлось голосом и репертуаром. С репертуаром точно получилось. Я выросла в образованной музыкальной семье, в 6 лет меня повели на «Бориса Годунова» и я потом сказала родителям: «Хочу ещё!» Можете себе представить. Так вот, меня на конкурсе трясли за кулисами – дескать, что ж ты молчала, что так поешь?! А я сама не знала. Я распелась за две недели до конкурса. Кстати, я вообще – человек одного дубля. Захожу в студию, бабахаю импровизацию… И сколько потом ни пытаюсь перепевать, первый дубль – всегда лучший.

После победы в конкурсе посыпались приглашения… Но куда? В филармонию, академические коллективы… А что такое в те годы филармония? Слова Союза писателей, музыка Союза композиторов. Можно себе представить, каково там было бы мне, распевшейся на Махалии Джексон, распробовавшей хорошую музыку со вкусом! Я пошла в кабак. В лучший кабак Нижнего Новгорода при гостинице «Нижегородская»: там в команде было четыре дудки! Chicago-бенд, реально. Они тогда много играли Chicago, я влюбилась в эту группу. Я отказалась петь блатату, сказала, что петь буду только «фирму».

Кто же тебе ее закажет? – сказали мне. Через полгода ее заказывали даже блатные… У нас был такой скандально известный олигарх Андрей Клементьев, он приезжал в ресторан, показывал официантам «стольник» (средний заказ стоил 4-5 рублей), показывал на меня и говорил: «Пять песен пусть поёт она». Кстати, недавно на Фейсбуке мне написали, что педагоги с эстрадного факультета тогда, оказывается, посылали студентов в ресторан, чтобы учились петь на моем примере…

- Как получилось, что в Нижнем вас услышал сам Олег Лундстрем?

- В нашей гостинице останавливались все музыканты, приезжающие на гастроли. И они рассказали Лундстрему про талантливую девочку в одном нижегородском ресторане. Когда меня приехал инкогнито смотреть Олег Лундстрем и его проводили на антресоль, - посетители меня вызывали 15 раз подряд петь Барбру Стрейзанд – Woman in Love. Я пела в ее тональности, при том, что у меня меццо, а у нее высокое лирическое сопрано. Упрашивали петь еще, но я отказывалась, мужик полз за мной на коленях – после чего я согласилась спеть еще пару куплетов... Увидев это, Лундстрем сказал, что девушку надо срочно вывозить! Надо знать Олега Леонидовича, чтобы понять, что значат его слова.

Но сначала надо было поступить в Гнесинку. Захожу в класс Владимира Коробки, теперь широко известного по «Фабрике звезд», и на голубом глазу спрашиваю его, что надо сдавать помимо специальности. Он сильно удивился такой дерзости, и сообщил, что надо много заниматься, причем небесплатно. Я закрыла дверь, и пошла узнавать дальше. Потом я узнала, что курс-то был уже заранее сформирован: на занятиях педагоги подбирали абитуриентов под себя. И тут я, чучело. Надо было сдать актерское мастерство, о нем мне никто не сказал. Я благополучно отпела по специальности, и тут мне предлагают читать стих или басню. Яне растерялась и сказала, что прочту свои, и прочла подражание Омару Хайяму, написанное в 17 лет,– и получила пятерку!

Уже на первом курсе меня взяли в свои оркестры и Лундстрем, и Кролл. Стала зарабатывать неплохие деньги, плюс повышенная стипендия, и еще шила на дому. Создала свой джаз-роковый ансамбль. Все экзамены сдавала экстерном. Вышла из Гнесинки позеленевшая, похудевшая и с красным дипломом. Так началось мое сольное плавание.

Джаза я уже напелась, джазовый ликбез я прошла, классики тоже в Гнесинке напелась…

- Это же очень правильный классический подход к образованию.

- У нас рок беден на мелодии, на аранжировочные находки. Это все из-за недостатка образования. Они не прошли классику, джаз, - сразу порхнули к сольному творчеству. И это слышно. У нас многие хотят слушать качественную музыку, но нет достаточного количества музыкантов, которые ее могут исполнять. Даже на одну радиостанцию не хватает.

- Аудитории тоже не хватает. Интересные группы играют в клубе для сотни зрителей.

- Им нужен достойный старт. В 1993 году проходил фестиваль «Поколение» с хорошими призами для победителя: два клипа и запись альбома. Участвовали «Два самолета», «Бахыт-Компот» - модные андеграундные группы. Знаете, благодаря кому стала лауреатом группа «Ногу свело»? Макс Покровский не даст соврать: благодаря мне. Жюри вообще не отметило «Ногу свело», спорили о других. Я подошла и стукнула кулаком по столу: вы охренели? «Хара Мамбуру» - единственная достойная песня, ее будут играть из каждого утюга в этом году! Так и случилось. А о победителях уже и забыли.

Кстати, на Женю Осина тоже не обратили внимание – я два года возила его с собой, он выступал в середине программы. Он искренний, честный, эти его песни были совсем не в струе, но он имел смелость уйти из раскрученного «Браво»… Я считаю правильным, что тогда поддержала его. Уже и забыла, а вот недавно сам Женя мне напомнил, как выступал у меня.

Я всегда спорю с теми, кто наезжает на попсу. Их слушают те, кого в стране очень много, не всем быть в курсе от Баха до Фейербаха.

- Их в стране подавляющее большинство.

- Может быть, большинство, хотя мне не хотелось бы в это верить. Это те люди, которым некогда задуматься об образовании, кругозоре, интеллекте. Разве это их вина? Как сказал Жюльен Сорель в «Красном и черном»: «Мушка-однодневка появляется на свет в девять часов утра в теплый летний день, а на исходе дня, в пять часов, она уже умирает; откуда ей знать, что означает слово «ночь»?» Я стараюсь рассуждать здраво. Меня иногда раздражают методы попсы, которыми они продвигают свое творчество. Но они существуют, и пусть существуют. Меня раздражает то, что СМИ зачастую навязывают артистов, о которых стоило бы помолчать.

- Круговорот денег в природе.

- Не надо винить публику в этом!

- Но публика хочет таких видеть. А кого не хочет, не раскрутишь – например, Лену Зосимову.

- Она не там раскручивалась и не для тех. Видно же, что у нее не полторы извилины, а ее песни были именно для таких. Публика остро чувствует несоответствие, неправду.

Нас двигает народ – не СМИ, не наши усилия. Народ хочет слышать ту или иную музыку. Мы недавно были в Петропавловске-Камчатском. Организатор рассказала то, что поразило ее саму. Прилетали на вертолетах, забирали трясущимися руками билеты и спрашивали: «Правда, приедет?» А потом спрашивали, будет ли дополнительный концерт. Многие вообще думали, что мы в монастыре, благодаря СМИ. Ведь про наш уход в монастырь не снял фильм только самый ленивый канал….

И зал встает и хлопает, стоя, уже в середине концерта! Я была поражена, но потом поняла, почему он хлопает, и сказала им: вы хлопаете не мне, а самому лучшему в себе, на что я просто обратила ваше внимание! Концерты длятся иногда долго, потому что мне присылают записочки, и я отвечаю на вопросы. Подходит здоровенный мужик к сцене, и кланяется , держа руку на сердце, как сестре своей.

Главное, чтобы в стране все было мирно и хорошо. Это самая моя большая головная боль – наши концерты носят не политический, а общечеловеческий характер. Мы поем и говорим о том, что волнует нас самих, о чем болит наша душа. Но ведь таких много! Люди умеют считать деньги и идут на то, что их действительно цепляет "за живое".

- Как воспринимают ваши интервью о православном образе жизни?

- Мы не говорим о православии. Мы говорим о том, какая должна быть жизнь для нашего же блага. Весть об этом несет Евангелие. Христос пришел на землю, чтобы показать, как должен вести себя человек. В этой ситуации, или в этой ситуации. Он перенес все: голодал, был унижен, его истязали… Придет человек на Страшный суд, и как ему объяснять свои поступки? Там все знают, крыть нечем. Заповедей блаженств в православии гораздо больше, чем запретов. А «не убий», «не укради» - это все практические инструкции, как быть счастливым.

Уж сколько мы богатеев свозили на остров, - они снова просятся. Они же не про нас хотят узнать: мы живем скучно для равнодушного взгляда, разводиться не собираемся, желтой прессе писать нечего. Но мы живем интересно внутри! То, что ты сам пережил – неинтересным быть не может. Мне в личку пишут такое, что не ответить невозможно!

Я честно признаюсь. Если бы я не отошла от шоу-бизнеса, я бы спилась. В шоу-бизнесе без ста грамм нормальному человеку находиться невозможно!

- А сейчас уже получается?

- Давно уже. У меня в этом году юбилей, ровно 15 лет, как я не курю и не пью вообще. И отлично себя чувствую! Где через год после того, как бросила, я заметила, что весь мир поменялся. Краски стали ярче. Теперь такое ощущение, что я раньше видела жизнь из окна автомобиля. В рок-н-ролльном угаре пролетала за затонированным стеклом, и только ловила взгляды бабушек с обочины на блестящую иномарку. Теперь кайфую страшно! «Ты же наша, родная!» - говорят мне местные бабушки, и я получаю огромное удовольствие. Как писал Достоевский, из простоты народа выйдет спасение. Они не бросают комплименты просто так, как шоу-бизнесе. Скупо улыбнутся, и это дорогого стоит.

Я даже в плохом вижу пользу. Чем горше лекарство, тем полезнее, как говорят врачи. Главное – не устать учиться рассуждать. Я была у старцев, у одного окормлялась. Самый главный дар старца – не чудеса. А дар рассуждения – различения добра и зла. Старец может не иметь ни дара исцеления, ни дара воскрешения. А вот один дар он должен иметь: рассуждать.

Мы все хотим несомненного ориентира. Как говорил профессор Преображенский, дайте мне окончательную бумажку. Бесполезно заниматься самовнушением. Сколько ни тверди, что сухо, сидя в луже, суше не станет. Почему Бог дал нам с Лешей старца? Потому что мы искали эту истину, чтобы в ней не сомневаться, и мы ее нашли. А когда нашел главное сокровище в жизни, и дергаться незачем. Оно с тобой всегда.

- В этом главная причина ухода из шоу-бизнеса?

- Я хотела помочь стране, а чтобы помочь стране, надо было сначала разобраться с собой. В новом альбоме есть песня «93-й» про мои впечатления от посещения баррикад. Там был пьяный бардак. Многие люди даже не понимали, зачем они пришли. В разных местах раздавали водку и колбасу… Я сама посылала своих ребят за пивом для ребят из тульской танковой дивизии – их подняли в четыре утра по тревоге, многие из отгулов и шашлыков, и вот они в центре Москвы. Я спрашиваю их, чего надо. Пивка бы, отвечают. И принесли им пива, чтобы поправили здоровье. Я, как рок-н-ролльщик со стажем, знаю, что с утра надо настоящему русскому мужику.

- Альбом «Падаю в небо» получился довольно социальным…

- Да. Хотя там есть песни о любви, есть строки: «Я знаю, как тебе сказать, что я люблю, не говоря ни слова о любви». Это альбом о настоящей любви, которая не замыкается на мужчине и ребенке. Там есть песни, которые обращены ко всему миру – например, «Я в пути» о том, что из любого уголка пустыни ты можешь позвать меня, и я приду, и я уже в пути. Мы с Лешей часто встречаемся с людьми, которым надо что-то от нас, а после беседы оказывается, что им требуется разъяснение их собственного пути в жизни.

Если бы я не просидела в затворе, я бы так не изменилась. Нет, что-то осталось – страстишки какие-то, характер… Каждый человек, который отстаивает свой принцип, - мученик. То, что мой ребенок в свой выходной встает рано утром сходить в церковь – мученичество. Семейный крест – тоже. На венчании поют тропарь мученикам, и венцы – мученические. Материнство – мученичество, любая мать вам это скажет. Все говорят о страстях Христа на кресте, а кто задумывался о страстях Богородицы, смотрящей на своего распятого сына?..

- В альбом вошла песня про замученных в России женщин. Это очень необычно. Обычно говорят про истреблённых в России мужиков.

- «Истребили вы нас, истребили русских женщин – за что, мужики?» Истребили ту женственность, которая да убоится жена мужа. Что такое убоится? Да убоится она его обидеть, предать, вообще повести себя некрасиво и нечестно по отношению к мужу. Так же и страх Божий – это не страх перед Богом, а страх Его обидеть, оскорбить. А дальше идет для мужей: мужья возлюбите жен, аки Христос возлюбил церковь, до смерти крестной. Мужики истребили женское русское сердце, которое и в горящую избу войдет, и в то же время такое нежное и жертвенное.

- А мужики ли истребили? Вот в чем вопрос.

- Конечно! Тем, что перестали быть мужиками. С мужика больше спрос – он глава. Но эта песня – не протест, не манифест и не обвинение в их адрес. А плач. За что? Зачем? Вы потому и пьете, что чувствуете, что не правы. Я пожила с народом, и знаю, как достается русской женщине. Насмотрелась я. Пьют мужики, а потом их на тележках по домам развозят женщины. И так каждый день…

Я пожила там, и поняла, что не совсем их эта вина, мужчин. Раньше так не было. Была работа. А сейчас их вынуждают к этому. Интересно, что у тех, кто в храм ходит, - и рыба ловится, и катер есть, и достаток. А у тех, кто бухает и не ходит в храм, - все наперекосяк. Вся модель нашего общества.

- Я послушал треки нового альбома. Не знаю, в каком году они записывались. Но какие-то песни имеют ретро-привкус времен Bon Jovi и Cinderella, а какие-то звучат свежо. Откуда такая разнородность?

- Ну насчет времен Bon Jovi, думаю, вряд ли. Просто есть несколько каверов – «Круиза», например. Песню «Путь» написал один бизнесмен, вообще далекий от шоу-бизнеса – но какая песня получилась! Мелодизм некоторых вещей диктовал аранжировку. А некоторые песни мы намеренно делали с привкусом того традиционного звучания, которое народ выбрал из всего обилия современного рока. У нас поэтому и «Парк Горького» стал популярен, и образ рокера-романтика именно такой. Есть рок баррикад, где есть вся гамма чувств. В своей музыке композитор всегда отдает дань тем, кого он любил и любит. А некоторые треки звучат современно, потому что мы сами любим современный рок. Мы не стали подгонять всё под одну гребенку. Альбом писался более 10 лет!

- Получилась фактически антология за 10 лет?

- Да, мы выбрали самое интересное. И завершили «Тошей» - это как смайлик в конце. Была еще задача показать возможности моего голоса: и этно, и классика, и рок… Мы не зарубаемся на одном стиле. Мы играем просто музыку. У нас концерты как сборная солянка, но я делаю только то, что нравится мне самой.

- При этом звук достаточно ровный. Сводилось всё в одно время?

- Всё сводилось в Лондоне и Хельсинки в одно время. Финальное сведение было в Лондоне, но кое-что, например, «Кукушку», оставили с финского сведения, потому что показалось, что это более роково. Англичанин Данкан Миллз, кстати один из самых топовых на сегодня мастеров саунда, отлично поработал с голосом. Да и общее звучание получилось таким, о котором я только мечтала! Некоторые треки звучат фантастически, прям космос! Например, "Падаю в небо". Материал сочинялся в разные годы, все партии записывал Леша, но в ходе сведения он переписывал что-то. Леша – всегда внешне спокойный, а внутри – дракончик. Всё своё пламя он выпускает через музыку. И через любовь. Лёша – очень горячий человек. Его все называют «гуру». Но при необходимости он может и мустанга необъезженного оседлать... ха-ха-ха... Типа меня....

Алексей Белов и Ольга Кормухина

Мастеринг проходил тоже в Лондоне, тоже у очень известного человека Мазена Мурада. Леша Белов прослушивает очень много новой музыки. У него огромная фонотека. Мы бы быстрее всё записали, если бы не прослушивали столько музыки. Но это тоже необходимо. Это основа профессии, - знать, что происходит в мире. К сожалению, сейчас махровым цветом цветет дилетантизм, и часто в разговоре, когда мы начинаем называть имена или названия групп, которые сейчас являются прогрессивными, многие музыканты и редакторы смотрят на нас круглыми глазами. Видимо, слыша их в первый раз.

- Как вы оцениваете сегодняшний вокальный уровень звёзд?

- По разному. Это ваше дело, критиков, - оценивать...

Очень важно, что ты делишься с людьми не голосом, а философией. Я искала свой звук, себя, а нашла - Бога. Музыка – мой путь. И так же у Лёшки, поэтому мы и вместе. Я с ним давно хотела познакомиться, мой бывший муж с ним работал, но не хотел знакомить. И правильно – похулиганили бы, и разбежались. Мы встретились с ним именно тогда, когда нужно. И получилось красиво.

- У вас и песни красивые.

- Мы поём то, что нравится самим. Это больше к Лёше относится, я только исполнитель. Исполнитель – тот, кто наполняет до предела. И он пишет для меня.

С «Кукушкой» был очень рискованный опыт – петь после Цоя, да еще, говорят, столько каверов напели! И всё-таки мы решились, и открыли в песне новый смысл. Мы услышали в ней набат, и на это откликнулись многие. Почитайте отзывы в инете! И Цою бы понравилось, уверена! Он ведь любил музыку, искал ее. Он очень хотел настоящей музыки, фирменной. А было то, что было. Если бы у него был такой человек, как Лёша Белов, - у него была другая группа «Кино». И во Франции его бы приняли по-другому. Тоже уверена. Он тогда приехал из Франции очень обломанный: никому там наша музыка не нужна, и мы не нужны. Правильно, такая музыка – не нужна. А «Парк Горького» принял весь мир, и до сих пор продаются диски. Ведь Белов не просто песни сочиняет, он хранит традиции Мусоргского, Стравинского, и этого ждут от русских музыкантов. У него есть отчетливо русское звучание.

- Наследие Мусоргского совершенно отчетливо прослеживается.

- Очень важно, чтобы журналисты объясняли все эти тонкости читателям. Я сама работала над выпуском статьи в «Комсомольской правде» после смерти Игоря Талькова: это был сумасшедший период, и я с тех пор не брошу камень в журналистов. Но получился материал, за который нас благодарили. Нужна особая чуткость к творчеству артистов, и артисты благодарят за это. Нас продвигают сами зрители, наперекор всему, и мы понимаем, как важно донести свои мысли до заинтересованного зрителя. Который хочет разобраться во всём сам.
Поделиться новостью:

Внимание!
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Музыкальные послания от вашего имени
Online MP3 Player

Какую музыку вы слушаете?

русский рок
русский рэп
русскую попсу
иностранный рок
иностранный рэп
иностранную попсу
не слушаю музыку

Логин:
Пароль:

Регистрация | Забыли пароль?

«    Март 2012    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31